Журнал «Золотой Лев» № 63-64 - издание русской консервативной мысли (www.zlev.ru)

 

В. Бушин

 

ВАСИЛЬЕВСКИЙ ПУК

 

В ДНИ ПРАЗДНОВАНИЯ НАШЕЙ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ над фашистской Германией было много разного, всего и не охватишь, и не припомнишь. Поэтому мы хотим привлечь внимание читателей ко вкладу во всенародное торжество лишь одной небольшой, но мощной группы московских интеллектуалов. Вы их знаете: писатель Васильев, который Борис Львович, — член КПСС с 1952 года, лауреат-разлауреат, президентский пенсионер; его коллега Даниил Гранин — Герой, лауреат, помимо советских еще и немецких премий, президент Фонда какого-то Меншикова; Александр Яковлев, академик в особо крупных размерах, и, конечно же, бессмертный сибиряк-оклахомец Евгений Евтушенко, которому в Израиле уже стоит памятник. Кому-то из них, увы, перевалило за восемьдесят, одному под девяносто, и даже юному прохиндею Евтушенко уже за семьдесят.

Вот собрались они накануне юбилея на страницах "Новой газеты" и дали дружный праздничный залп: пук!.. пук!.. пук!.. пук!

Перед началом пальбы и фейерверка Б.Васильев уверенно заявил: "Это последняя круглая дата". Как? Почему? Время исчезнет, что ли? Отмечали же мы даже тысячелетие христианства на Руси. Борис Львович уточняет: "До следующей круглой даты вряд ли доживут те, кто жертвовал собой в боях...". Ну, кто пожертвовал, тот и до первого Дня Победы не дожил. Писатель, к сожалению, не всегда умеет точно выразить свою мысль, но не будем придираться: годы! Смысл-то понятен: он нас, фронтовиков, заранее хоронит. И это некрасиво. Конечно, если принять во внимание, что ныне в результате ельцинско-путинских реформ средняя продолжительность жизни мужчин упала на 15 лет до уровня 58-ми, то писатель прав. Однако же, с другой стороны, писателям-фронтовикам Анатолию Калинину и Михаилу Алексееву под 90, Сергею Михалкову за 90, Игорю Моисееву под 100, Борису Ефимову за 100... Да продлят небеса их годы! И вот вместо того, чтобы пожелать фронтовикам ефимовского долголетия, тов. Васильев суетится насчёт могилки для нас. Ах, как некрасиво... Впрочем, только ли этот "пассаж" удивляет и поражает? Прислушаемся и к другим изречениям Б. Васильева…

К ТЕМЕ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ, к юбилею Васильев подбирается издалека — от Октябрьской революции, от Ленина, от Брестского мира. Один из его заходов выглядит так: "В конце прошлого века вышли воспоминания бывшего адъютанта генерала Людендорфа". Сразу ворох вопросов: когда именно вышли? Где? На каком языке? Как имя адъютанта? Как его воспоминания озаглавлены? Почему этот безымянный адъютант проснулся только недавно? Где он был со своими увлекательными, но безымянными воспоминаниями раньше? Неужели не понимаете, тов. Васильев, что в дни, когда кругом столько вранья и спекуляций, читатель, не получив ответа ни на один из поставленных вопросов, деликатно скажет вам: "Борис Львович, поищите дураков в другой деревне".

Но писатель трусит дальше: "Адъютант сообщает, что Ленин после отречения царя Николая обратился к германским властям с просьбой переправить его в Россию". К каким властям — к самому кайзеру, что ли? А если и так, что в этом плохого? Не просил же Ленин войск для захвата Петрограда или Москвы, а хотел использовать немцев всего лишь как средство своей репатриации. Право, застань меня в 41-м году война в Швейцарии, как Ленина в 14-м, я тоже мог бы обратиться с такой просьбой даже к Гитлеру.

Дальше: "Ленину был предоставлен поезд из четырех вагонов (спальный, ресторан, охрана и багажный)..." Как роскошно! Видно, уже известно было, что едет будущий глава правительства России. "В Берлине адъютант (тот самый, поручик Киже, вида не имеющий) на машине отвез Ленина к Людендорфу". О, это уже интересно, но как этот Киже узнал Ленина — по портретам в букваре?

"Свидание с Людендорфом происходило тет-а-тет. Адъютант не знает, о чем шла речь, зато знаем мы". Скажите, пожалуйста, какой провидец! Таинственный адъютант мог заглянуть в замочную скважину, мог подслушать — и ничего не знает. А Васильев, президентский пенсионер, спустя сто лет все разглядел и всё разузнал. Что же именно? "Речь шла о плате за доставку в Россию". Да неужто нельзя было об этом договориться через того же поручика? И потом, о какой плате речь? Прозорливец уверяет: Ленин пообещал подписать кабальный Брестский мир.

Ну, хорошо, Ленин-то в его ни к чему не обязывающем положении политэмигранта мог еще и не то наобещать, в том числе, вот, мол, приеду в Петроград, сочиню "Апрельские тезисы", большевики возьмут власть, я стану главой правительства и заключу с Германией похабный мир, по которому отдам немцам всю Сибирь. Прекрасно! Но тут новый ворох вопросов: как всему этому мог поверить прожженный Людендорф, сын торговца? Или он был такой же ясновидец, как член ПЕН-центра Васильев, и знал, что в бушующем океане России после Февральской произойдет Октябрьская революция, и именно этот сидящий перед ним эмигрант Ульянов, а ни кто другой, возглавит русское правительство?

И наконец, что вы нам морочите голову загадочными воспоминаниями загадочного денщика, когда есть воспоминания самого Людендорфа. В отличие от вас указываем первое издание: General Ludendorf. My War Memories 1914-1918. London, 1919.

Члену Комитета "Милосердие" мало уже содеянного, он продолжает и дальше изыскивать и гвоздить пороки Ильича: "Ленин любил германский порядок, германские чистоту, аккуратность, старательность, честность в большей мере, нежели русский народ..." Оставим пока любовь Ленина к русскому народу, ибо никаких доказательств на сей счёт у вас, как всегда, нет. Но все остальное, Борис Львович, представьте себе, я тоже люблю в большей мере, чем, допустим, русского писателя Васильева, члена редколлегии журнала "Литературные листки", я даже чищу зубы кажинный день, не задумываясь, делают ли это немцы.

У вас о Ленине еще и такая новость: "Едва дорвавшись до власти, он выслал из России цвет и основу русской интеллигенции". Да, да, мы читали это много раз, например, у Радзинского: "Знаменитые профессора, философы, поэты и писатели, весь духовный потенциал России — одним махом были выкинуты из России" (Сталин, с.194 — М., 1997). Увы, было такое дело. Конечно, оно достойно сожаления. Но, во-первых, в этом не было ничего нового, специфически большевистского — власть всегда поступает подобным образом со своими противниками, а высланные были именно таковы. Во-вторых, согласитесь, батюшка Борис Львович, что среди высланных не оказалось ни одного Овидия, Вольтера или Гюго, ни одного Галилея, Джордано Бруно или Паганини, ни одного Пушкина, Достоевского или Горького, ни одного Гарсии Лорки, Пабло Неруды или Рафаэля Альберти... А ведь этих, как и многих других, составляющих цвет нации, власти преследовали, высылали, ссылали, сдавали в солдаты, бросали в тюрьмы, а то и убивали.

Во-вторых, Радзинский уверяет, что было выслано 160 человек. Допустим. А вот сейчас при власти, которая утвердилась при вашем, сударь, моральном содействии, не высланы принудительно, а добровольно укатили из страны около 100 тысяч одних только учёных. Сопоставьте эти факты и обмозгуйте, если можете.

В-третьих, любезный, Советская власть немало сделала, чтобы вернуть на родину тех, кто уехал, и многие вернулись: Горький, Куприн, Цветаева, Прокофьев, Коненков, Эрьзя, Вертинский... А ныне власть не только ничего не делает, чтобы возвратить уехавших, но президент Путин еще и ликует по поводу бегства учёных: "Значит, наша наука высоко ценятся за границей. Ура!" Это же полоумие на троне.

Заклеймив вечным позором Ленина, кавалер серебряной медали им.А.Фадеева принимается, как у них принято, потрошить Сталина. Как? Очень разнообразно! Например, заявляет, что Сталин унаследовал от Ленина любовь к Германии. Странно, что при этом не осудил его известные слова, сказанные в 41-м году, когда немецкая армия стояла под Москвой: "Гитлеры приходят и уходят, а народ германский, государство германское остаются".

И вот, неутешно сокрушается Борис Львович, из-за этой порочной любви "хлынули к нам немецкие специалисты разного профиля. Гудериан учился в Казанском танковом училище". Да, хлынули. Но ведь и наши ребятки в ту пору кое-куда хлынули. П.Л.Капица — в Англию, Л.Д.Ландау — в Данию, Н.Н.Семенов — в Германию, Н.В.Тимофеев-Ресовский — туда же... Могу к этому списку добавить мужа моей сестры В.А.Иванова, впоследствии директора Ростсельмаша. Он с сослуживцами хлынул в США. И если твой Гудериан побывал всего лишь на краткосрочных курсах "Кама", то мой зять набирался ума в США года три, Капица работал в Англии тринадцать лет, Тимофеев — все двадцать... Нормальное дело для мирного времени. И только держимордам это не нравится.

Но все держиморды отличаются большим упрямством: "Если добавить, что Тухачевский и Гудериан на полигоне отрабатывали тактику и стратегию танковых корпусов для окружения противника, то станет ясным, что мы сами отковали то оружие, которое чудом не сокрушило Советскую империю". Ну, о чудесах потом, но интересно! Однако ж ведь при этом не только немец мог учиться у наших танкистов, но и наши могли что-то перенять у немца. Так что еще неизвестно, кто кому ковал оружие. Не хватает соображения понять это? С другой стороны, а почему вы, Борис Львович, сейчас не протестуете, когда наши военные отрабатывают тактику борьбы с террористами то в компании с американцами, то с японцами, а то и с теми же немцами? И это при том, что НАТО можете уже из окна видеть.

И опять — пук! "Недоверие Сталина к армии доходило до анекдота. В 1939 году Дегтярев показал военным свой автомат. Он понравился. Но когда вождь узнал, что автомат стреляет очередями (а раньше не ведал?!), он запретил его производство, сказав, что надо прежде всего беречь патроны".

Борис Львович, признайтесь честно, у кого вы слямзили эту жемчужину тупоумия — у Э.Радзинского? Л.Млечина? Б.Соколова? Вы же все перманентно друг у друга воруете малограмотный вздор и потом принародно голосите: "Удалось стереть еще одно белое пятно истории!". И за кого вы держите читателя — за полного идиота?

Вот же первоисточник вашего вранья: "В конце 30-х годов Наркомат вооружения предложил оснастить армию автоматической винтовкой. Но Сталин выбрал самозарядную. Дескать, в бою солдат будет вести непрерывную стрельбу, расходуя слишком много патронов". Ну а патроны надо беречь. Точно, как у вас! Значит, Сталин не только анекдотически не доверял военным и конструкторам оружия, но был еще и анекдотическим тупицей. Но очухайтесь хоть на минутку, Борис Львович! Вы же были на фронте, потом окончили военное училище, носили офицерские погоны, т.е. считались профессионалом. И потому обязаны знать, что В.А.Дегтярев еще в 1929 году создал автомат с диском на 40 патронов. А в 1935 году улучшенный вариант этого автомата был принят на вооружение. Позднее диск стал вмещать уже 71 патрон. И модернизированный автомат Дегтярева образца 1940 года (ППД-40) был принят на вооружение. И ведь всё это, как и ППШ, знаменитый автомат Г.С.Шпагина, не могло пройти мимо Сталина. Другое дело, что автоматов в начале войны было еще мало.

КАК БЫ ЕЩЕ УКОЛУПНУТЬ СТАЛИНА, думает лауреат премии им. К.Симонова? И нашел: Финская война! "Это малопочтенная война..." Оказывается, есть войны почтенные, малопочтенные, видимо, полупочтенные и совсем непочтенные. Запомним. Но чем же, однако, Финская война малопочтенна? Разве в обстановке уже бушевавшей в Европе войны отодвинуть очень близкую границу враждебного государства от второго стольного города страны, т.е. принять меры для его безопасности — это малопочтенное дело, а не святой долг? Или план провалился и нам не удалось задуманное? Еще как всё удалось! Через три месяца финны запросили мира, прислали в Москву делегацию и удовлетворили все наши требования, включая создание военной базы на полуострове Ханко…

Еще со скрежетом зубовным о Сталине: "Его роль во время гражданской войны была ничтожна по сравнению с истинными героями..." Конечно, Борис Львович, всё относительно, ведь можно сказать и так: "Роль Васильева в русской литературе была и есть ничтожна по сравнению с истинными писателями: Горьким, Шолоховым, Леоновым, Булгаковым...". А? Но все же в годы гражданской войны Сталин был членом Реввоенсовета Республики и Совета обороны страны и его почему-то постоянно бросали с одного фронта на другой: Царицын, Пермь (Восточный фронт), Петроград (против угрозы Юденича), Западный фронт, Южный, Юго-Западный... А ведь это совсем не то, что быть, как вы, членом Союза писателей, Союза кинематографистов, членом редсовета журнала "Читающая Россия". И на военных должностях Сталину удавалось немало сделать. Чего стоят хотя бы организованные им оборона Царицына или взятие фортов Красная Горка и Серая Лошадь на подступах к Петрограду. Мне кажется, что в 1919 году Иосиф Виссарионович с гораздо большим основанием получил орден Красного Знамени, чем, скажем, вы, Борис Львович, в 1984 году по случаю шестидесятилетия — орден Трудового Красного Знамени. По юбилеям-то у нас всем давали и дают.

Но вот вы уже вплотную приступаете к теме Великой Отечественной, её важнейших причин. Одну из них вы усматриваете в договоре 1939 года. Немцы, мол, "правильно взвесили азиатскую страсть Сталина к приобретению территорий" и умело использовали её: "выманили нас на предполье обороны... Сталин выдвинул на это предполье более чем двухмиллионную армию и ждал дальнейших указаний германского командования".

Борис Львович, голубчик, что же с вами делать-то? По чьему указанию страсть приобретения чужих земель вы называете азиатской? Вон же хотя бы милейшие англичане когда-то во всех концах мира наприобретали земель раз в пятьдесят больше, чем сама Англия. А прекрасная Франция, а Испания и Португалия, Голландия и Бельгия, а США? Сколько они всюду нахапали, а ведь вовсе не азиаты. Не слышали? Нет, вам только бы колупнуть родную страну, до остального дела нет. Интересно, а существует ли, допустим, еврейская страсть приобретательства и писательства?

Что же до Сталина, то он, в отличие от вышеназванных, не хапал чужое, у него была другая и притом благородная страсть — он лишь возвращал то, что спокон веку принадлежало России. Соображаете, какая разница? Да еще и не всё вернул: получили независимость и Польша и Финляндия. И потом, разве православная Грузия это Азия, грузины — азиаты? Спросите Саакашвили.

Но вернемся к позорной страсти приобретательства. Сталин поддался ей позже, а перед войной, говорите, сидел он на пеньке, курил свою трубку и ждал дальнейших указаний Гитлера. При этом время от времени его охватывали "судороги собственного разоружения". Этого я даже у Резуна не читал и от Новодворской не слышал. Вы их превзошли, вам — пальму первенства!

Эти судороги вы, маэстро, изображаете, в частности, так: "танковые корпуса разогнали". Что ж, так и вступили в войну без танковых частей и соединений? Но вот что, представьте, писал об этом один человек, знавший и Сталина и всю предвоенную обстановку несколько лучше, чем вы с милашкой Новодворской: "В 1940 году начинается формирование новых мехкорпусов, танковых и моторизованных дивизий. Было создано 9 мехкорпусов. В феврале 1941 года Генштаб разработал еще более широкий план создания бронетанковых и моторизованных войск".

Но вы всё своё: "Десантные войска, которые начал любовно формировать Тухачевский, были ликвидированы". Значит, и без них мы воевали? Такое впечатление, право, что это вас любовно сформировал Тухачевский, ставленник Троцкого. Так вот, запишите. За время войны было высажено более 100 морских десантов. Наиболее крупные — Керченско-Феодосийская десантная операция 1941-42 года, Керченско-Эльтигенская 1943 года, моряки-десантники участвовали в освобождении Новороссийска в 1943 году, Моонзундских островов в 1944-м, Южного Сахалина и Курильских островов в 1945-м. А воздушных десантов было выброшено в тыл врага свыше 50. Наиболее крупные — Вяземская воздушно-десантная операция 1942 года, Днепровская 1943-го... Существовало централизованное командование ВДВ. Его возглавил генерал-майор Глазунов В.А., впоследствии генерал-лейтенант и дважды Герой Советского Союза. И еще запишите, маэстро: все воздушно-десантные войска были гвардейскими. Все! А 196 десантников стали Героями Советского Союза. Ей-ей, даже загадочно, почему вы так много пишете о войне, но ничего этого не знаете. Вы чем на войне-то занимались? В какую сторону стреляли? Не носили ли на груди портрет Тухачевского, как Солженицын — Троцкого?

Читаем дальше о "судорогах разоружения". Не дождавшись указаний Гитлера, "И.В.Сталин сам вел большую работу с оборонными предприятиями, хорошо знал десятки директоров заводов, парторгов, главных инженеров, часто встречался с ними, добивался с присущей ему настойчивостью выполнения намеченных планов". Встречался, как надо теперь понимать, у пенька, на опушке леса.

И вот очередной приступ "судороги": "В 1939-41 годах было сформировано 125 новых дивизий... Накануне войны Красная Армия получила дополнительно около 800 тысяч человек... 13 мая Генеральный штаб дал директиву выдвигать войска на запад из внутренних округов... Всего в мае перебрасывалось ближе к западной границе 28 стрелковых дивизий и 4 армейских управления".

Этот же человек приводит еще и внушительные данные по вооружению, военной технике, но все, кто интересуется, знают эти данные, повторять их утомительно. А итог таков: "Дело обороны страны в своих основных, главных чертах велось правильно. На протяжении многих лет в экономическом и социальном отношении делалось всё или почти всё, что было возможно. Что же касается периода с 1939 до середины 1941года. то в это время народом и партией были приложены особые усилия для укрепления обороны, потребовавшие всех сил и средств". А Сталин всё сидел на пеньке и читал книжки Васильева…

Кто же автор приведенных выше цитат? Маршал Жуков Георгий Константинович, во время войны — заместитель Верховного Главнокомандующего. Слышали о нем?

НО ВЕРНЕМСЯ К ПРИЧИНАМ ВОЙНЫ. После шестидесяти лет размышлений к восьмидесятому году своей жизни вы пришли к выводу, что причин было две: Финская война и договор с Германией 1939 года. Дорогой товарищ Васильев, неужели вам за все эти годы ни разу не попалась вот эта давно замусоленная цитатка: "Когда мы говорим о новых землях в Европе, то мы должны в первую(!) очередь иметь в виду лишь(!) Россию... Сама судьба указывает нам этот путь". Сама судьба! А вы про какие-то локальные войны и договоры. Чьи же это слова? Да ведь опять самого Гитлера, который ровно через десять лет после этого афоризма в своем "Майн кампфе" возглавил Германию, а потом стал и Верховным главнокомандующим немецкой армии.

Перед тем, как уж вплотную взяться на тему Великой Отечественной вы вдруг заявляете, что когда её фронтовики перемрут (голубая мечта писателя-гуманиста!), вот "тогда-то и придет время анализа. Настанет время ПОЧЕМУ". Господь с вами, касатик, те, кому нужно, начали анализ войны сразу после её окончания, даже раньше. Но вы упрямо твердите, что только тогда будут возможны ответы на многие очень важные вопросы. Вот некоторые из них.

"Почему мы меняли командующих фронтами в начале войны?" И это для вас загадка? И вы не понимаете, почему? Дальше сказано: "В первый же день войны Сталин назначил командующих тремя фронтами. Южным командовал Буденный, Центральным — Тимошенко, Северным — Ворошилов".

Во-первых, как офицер вы должны знать, что в таких случаях перечисление ведут с правого фланга на левый, а у вас — наоборот, это неграмотно. Во-вторых, как военный писатель, вы должны знать, что тогда были созданы не фронты, а "стратегические направления". В-третьих, они назывались совсем не так, как пишете: не Южный фр., а Юго-Западное стратегическое направление, не Центральный фр., а Западное с. н., не Северный фр., а Северо-Западное с.н. В-четвертых, направления были созданы, а командующие их назначены не Сталиным, который тогда еще не был ни наркомом обороны, ни Верховным главнокомандующим, а Постановлением Государственного Комитета обороны. В-пятых, это произошло 10 июля, т.е. не "в первый же день войны", как уверяете, а на 19-й день. Что ж это вы, ваше благородие, — в одной фразе столько опять чепухи!

А уж дальше с презрением даже: "Три маршала — рубаки времен гражданской войны. Воевали, как умели". А как иначе? Все воюют, как умеют, да и всё так. Вот и вы пишете, как умеете. Двое из названных вами воевали не только в гражданскую, но еще и в Германскую. А Буденный к тому же пять Георгиевских крестов там заработал. За что ж вы о них так высокомерно? Тем паче, что сами-то пришли с войны без единой медальки, это уж потом вам надавали к разным юбилеям — Октябрьской революции, Союза писателей, к собственным. К тому же, надо бы вам знать, что Жуков и Рокоссовский тоже были рубаками-кавалеристами времен и Германской и гражданской.

Война вот-вот начнётся, и мы читаем: "У нас было в восемь раз больше танков и самолётов, в десять раз больше артиллерии, мы численно превосходили германскую армию едва ли не в семь раз!" Боже милосердный, да откуда же всё это взялось, если, как вы уверяли, страна и её вождь долгое время корчилась в "судорогах собственного разоружения"? Когда же вы врали — тогда или теперь? Увы, и тогда и теперь. Вот данные из только что вышедшей "Книги памяти", которую дарили фронтовикам в дни юбилея Победы: "Группировка советских войск на Западном театре военных действий с учётом 16 дивизий РГК насчитывала 3 миллиона человек, около 39,4 тыс. орудий и миномётов, 11 тыс. танков, 9,1 тыс. боевых самолётов. Германия и её союзники сосредоточили на границе с СССР 4,4 млн. человек, 39 тыс. орудий и миномётов, 4 тыс. танков и штурмовых орудий, 4.4 тыс. самолётов" (с.33). Если тут и не все точно, то уж одно бесспорно: говорить о нашем семи-восьми-десятикратном превосходстве можно только за крупную взятку или по причине полоумия. Наоборот, имея полную возможность выбрать место и направления удара, немцы на этих участках фронта организовывали трех-четырехкратное превосходство.

И вот началось вторжение. Как это видится фронтовику-патриоту Васильеву? "В первые же дни германские войска окружили и взяли в плен свыше двух миллионов советских бойцов и командиров". Помните о "более чем двухмиллионной армии", которую Сталин "выдвинул на предполье"? Её немцы и взяли в плен в первые же дни. Что дальше? Как что! Дальше, естественно, — "триумфальный марш немцев на Москву".

Да почему же всё это? А потому, говорит, что в результате репрессий на места командующих фронтами, армиями, корпусами "были назначены вчерашние командиры полков, батальонов и даже рот", т.е. полковники да подполковники, капитаны да лейтенанты.

И тут, говорит, перетрусивший Сталин "дал указание разыскать недорасстрелянных командиров высшего звена. Всех перечислять не имеет смысла, достаточно одного: Рокоссовский. Тот убедил Сталина (в личной беседе, да?) создать механизированные корпуса".

Всё это Васильев опять не сам придумал, а у кого-то сдул. У кого? Да у любого замшелого антисоветчика, писавшего о войне, например, у грамотея Академии Наук Яковлева, до которого мы еще доберемся…

Что же касается Рокоссовского, то, во-первых, он вовсе не принадлежал к "высшему звену", а был всего-то комдивом, то бишь генерал-майором, которого Сталин и не знал. К тому же, освободили его не в октябре-ноябре 41-го и сразу — на беседу к Сталину, как уверяет Васильев, а еще в марте 40-го. Вернули награды, он съездил с семьёй в Сочи отдохнуть и вскоре его назначили командовать 9-м механизированным корпусом.

Всю эту невежественную бодягу о знаменитом полководце Васильев почерпнул, скорей всего, из тухло знаменитой "Московской саги"— либо трехтомника В.Аксенова, либо из 22-серийной телемахиды Д.Барщевского с супругой? Там всё именно так.

НЕ ПЕРЕЧИСЛИТЬ ВСЕХ "ОТКРЫТИЙ" ВАСИЛЬЕВА… Зато — ни слова о том, чем закончился для немцев в декабре 41-го их полугодовой "триумфальный" трюх-трюх на Москву. Ни словечка! Как и о том, чем кончился Брестский мир. Вот шулерская манера! Прочитает всё это молодой читатель, и в лучшем случае ничего не поймёт.

И если о разгроме немцев под Москвой — ни слова, то о победе в Курской битве — сквозь зубы: "устояли". И только? А что же дальше было? В честь чего 5 августа 43 года был дан первый салют в Москве, потом еще 353 салюта? Молчание. Победный марш Красной Армии на Берлин ему неинтересен. А ведь статью-то газета заказала к большому юбилею Победы. А он написал лишь о начале войны, да еще и наврал с три короба.

Опять же с чужих слов долдонит: "Мы научились воевать, только поверив в победу под Сталинградом". Во-первых, народ верил в победу даже в те дни, когда немцы стояли в 27 верстах от Москвы, а потом — на Волге. Иначе борьба была бы невозможна. Во-вторых, естественно, что такой мыслитель соглашается признать умение Красной Армии воевать только с той поры, как настало время её побед. Но понять, что и умелая, храбрая армия может терпеть неудачи, как мы в 41-42-м годах, он неспособен.

И вот при столь необъятном военно-историческом невежестве и безразличии к победам родной армии, смотрите, как он старается щегольнуть знанием таких, например, подробностей армии врага: "Капитан-лейтенант Плинт потопил лидера английского флота линкор "Ройял-Ок" и первым получил Рыцарский крест". Какое почтение! Упомянуть, кто у нас первым получил, допустим, орден "Победа" или орден Суворова, ему и в голову не приходит, а тут... И ведь не понимает, что это холуйство. Впрочем, тут же обнаруживается, что это и не знание, а его притворство, щегольство без штанов. Какой Плинт? Видно, еще с детства застрял в мозгу одноглазый Флинт из "Острова сокровищ". Никакого Плинта-Флинта с Рыцарским крестом №1 не существовало. А того, о ком он слышал звон, но не знает, кто он, звали Гюнтер Прин (Prien). Да, отменный был вояка. Как не знать!

Скажите, читатель, что делать нам с этим пустозвоном? Я лично предложил бы изгнать его из Союза писателей, но он же в каком-то другом Союзе, скорей всего, в риммаказаковском. Тогда придется мне послать в Кремль такое письмо:

"Президенту и Верховному главнокомандующему В.В.Путину.

Товарищ Путин, вот уже немало лет писатель Васильев Б.Л. получает персональную пенсию из президентского фонда. В дни празднования Шестидесятилетия нашей Победы над фашистской Германией в "Новой газете" за 5 мая с.г. он опубликовал статью "Последний парад". Она невежественна и лжива по отношению к Ленину, Сталину, Ворошилову, Тимошенко, Буденному, ко всей Красной Армии и её победам. В частности, подпевая известной г. Боннэр, он заявил, что Красная Армия "была освободительницей только в наших газетах да киножурналах", но переступив в ходе войны границы СССР, она оказалась ничем иным, как "армией оккупантов", что, например, "Польша и Прибалтика с полным основанием считали Красную Армию оккупационной". В связи с этим было бы справедливо не только лишить Васильева Б.Л. президентской пенсии, но и взыскать с него сумму за все прошлые годы. Пусть ему платят (если еще не) поляки и прибалты. А взысканную сумму целесообразно направить на поддержание газеты "Завтра" и всей патриотической прессы.

Владимир Бушин, лауреат Шолоховской премии".

Да я и не уверен, что президент даст ответ.

Завтра

8.06.05


Реклама:
-