Я. Амелина

 

 

Приднестровский конфликт «размораживается».

На очереди «разогрев»?[1]

 

1 августа 2004 года вступили в силу экономические санкции, введенные Кишиневом против Приднестровской Молдавской Республики (ПМР). Кроме того, Кишинев приостановила участие в пятистороннем переговорном процессе по урегулированию приднестровского конфликта. По словам президента Молдовы Владимира Воронина, Кишинев больше не видит в лице тираспольской администрации равноправную сторону политического урегулирования.

Напомним, что сейчас в переговорах по приднестровской проблеме участвуют обе конфликтующие стороны — Молдова и ПМР, и три посредника — РФ, УР и ОБСЕ.

 

Блокадный аргумент

 

Президент Воронин заявил, что речь идет о простой отмене существовавших ранее экономических льгот и двойных стандартов. В реальности же с начала августа молдавский Таможенный департамент прекратил рассмотрение таможенных деклараций всех экономических агентов ПМР, не имеющих бюджетных отношений с Молдавией, Торгово-промышленная палата приостановила выдачу им сертификатов происхождения товаров, а молдавские министерство транспорта и связи и железная дорога перестали предоставлять вагоны для перевозки приднестровских грузов.

Приднестровцы однозначно расценили решение Кишинева как установление экономической блокады ПМР. МИД республики назвал происходящее заранее спланированной политической акцией, направленной на эскалацию напряженности в регионе, конечной целью которой является силовое решение приднестровской проблемы. «Итогом подобной деятельности может стать полная дестабилизация обстановки, при этом вся ответственность за возможные последствия ляжет на руководство Молдовы», — считают приднестровские дипломаты.

Министр юстиции ПМР Виктор Балала[2] дал правовую оценку действий Кишинева.

 

«В соответствии с Московским меморандумом 1997 года ПМР имела право на самостоятельное осуществление внешнеэкономической деятельности. Однако с 2001 года, уступив настойчивым просьбам России и европейских структур, Тирасполь стал вести ее через Молдавию. Последние события доказывают, что передача права внешнеэкономической деятельности в ведение федерального центра, в случае создания федерации Молдавии и Приднестровья, приведет к появлению у Кишинева действенного рычага давления на Тирасполь. Отказ Кишинева проводить таможенное оформление приднестровских товаров и выдавать сертификаты страны происхождения лишают ПМР средств к существованию».

 

По той же причине, уверен Балала, нельзя отдавать в ведение центра, например, вопросы связи: «телефонная война» между Тирасполем и Кишиневом продолжается, и недавно президент Воронин попросту запретил работу тираспольского оператора мобильной связи «ИнтерДнестрКом» на территории Молдавии.

Решение о санкциях против Приднестровья, считает Балала, подчеркивает ненадежность молдавских властей как стороны переговорного процесса:

 

«Ранее Владимир Воронин говорил, что, выполняя всё то, на что сегодня наложен запрет, Кишинев легализует деятельность приднестровских предприятий, доказывая тем самым приверженность мирному урегулированию конфликта — а теперь использует эти возможности в качестве средства давления на республику». «С точки зрения Воронина, для удушения Приднестровья все средства хороши. И прежде всего — экономические. Но если возможен диктат одной стороны над другой, никакой федерации быть и близко не может. В лучшем случае, после заключения международного договора Молдавия и Приднестровье образуют один субъект международного права. Всё остальное — врозь. Договариваться с Кишиневом невозможно, а если какие-то договоренности и достигнуты — верить им нельзя».

 

В ближайшее время руководство ПМР, по словам Виктора Балалы, обратится к странам-гарантам приднестровского урегулирования с требованием обеспечить выполнение Московского меморандума и буквы договора 1992 года, запрещающего обеим сторонам осуществлять блокадные меры.

 

Школы большой политики

 

Поводом для столь жёстких мер со стороны Кишинева стало прекращение функционирования на территории Приднестровья четырех школ, ведущих обучение на румынском языке (молдавском с латинской графикой) — по одной в Тирасполе и Рыбнице, двух в Бендерах.

По словам заместителя министра образования ПМР Степана Берила, шесть румынских школ существовали в Приднестровье с начала 90-х годов. Поначалу они, как и положено, имели лицензии на право образовательной деятельности. Однако несколько лет назад срок их действия истёк. Администрации школ, под влиянием Кишинева, неоднократно отказывались подавать тираспольским властям документы на продление лицензий — и тем самым вывели себя из правового поля непризнанной республики. При этом две другие румынские школы, поначалу также игнорировавшие требования приднестровских властей — в селах Роги и Коржево Дубоссарского района — в последний момент все-таки подали документы на регистрацию. И новый учебный год начнется в них как обычно.

Как сообщил министр юстиции ПМР Виктор Балала, вопрос с нелицензированными школами поднимался уже неоднократно, и каждый раз приднестровские власти шли навстречу Кишиневу и ОБСЕ, уговаривавших «не трогать детей» и оставить всё как есть. Предпринимались многочисленные попытки найти компромисс. Так, в ноябре прошлого года приднестровцы совместно с представителями ОБСЕ и школьных администраций согласовали взаимоприемлемый вариант устава румынских школ — но школы так и не донесли его до органов юстиции ПМР. После этого им было направлено уведомление о необходимости регистрации с предупреждением, что если этого не случится до 1 июля 2004 г., будут приняты более серьезные меры. «В течение 14 лет, с точки зрения права, эти школы не существовали вообще», — заметил Виктор Балала.

По какой же причине румынские школы столь последовательно отказываются регистрироваться? «Они заявляют, что, находясь под юрисдикцией Молдавии, должны руководствоваться законами этого государства, уставы и программы школ также должны им соответствовать», — пояснил министр иностранных дел ПМР Валерий Лицкай. Характерно, что эти школы — «шесть троянских коней в тылу Приднестровья», по образному выражению тираспольского руководства, — получали значительное большее бюджетное финансирование из Кишинева, нежели обычные молдавские, имели средства со стороны международных организаций и привлекали школьников и их родителей перспективами бесплатного высшего образования в вузах Молдавии. В то же время обучение в них велось не только на румынском языке, но и по румынским учебникам, рассказывающим о «русской оккупации» Приднестровья и т.д.

 

«Никто не скрывает, что в какой-то момент мы можем столкнуться с толпами обученных в них подростков — с розами или без них, — считает глава приднестровского МИДа. — Их так готовят, так воспитывают. То же самое мы видим в Кишиневе, где движущей силой националистических уличных акций являются выпускники румынских лицеев». Лицкай отверг параллель с русскими школами в некоторых государствах постсоветского пространства: «В отличие от них, имеющих трудности с регистрацией, румынские школы как раз сами не хотят регистрироваться».

 

Вашингтон и Брюссель беспокоятся...

 

Итак, ситуация внешне проста: выполни румынские школы в ПМР требования приднестровского законодательства, и проблемы не будет. Однако в Тирасполе делают весьма неутешительные прогнозы. «После школ найдется какой-нибудь другой предлог, — не сомневается Валерий Лицкай. — Происходящее — только легкая тренировка, проверка реакции других государств. От позиции России, от того, насколько твердой и грамотной она будет, зависит очень многое».

Российский МИД в последние дни выпустил по приднестровскому вопросу два заявления. В них выражалась серьезная обеспокоенность развитием ситуации и делался справедливый вывод: «Главной причиной инцидента является сохраняющаяся неурегулированность приднестровской проблемы». В то же время Москва призвала руководство ПМР «воздержаться от каких-либо административных действий в отношении школ с преподаванием на молдавском языке с использованием латинского алфавита».

Бухарест, в свою очередь, усмотрел в действиях Тирасполя угрозу именно румынским школам (возникает вопрос — при чем же тогда Молдавия?) и разразился весьма жёстким заявлением в адрес приднестровских властей.

Однако события выявили и другие заинтересованные стороны конфликта, которыми оказались США и Евросоюз, заметим, не являющиеся посредниками в приднестровском урегулировании. ЕС призвал власти ПМР «немедленно прекратить кампанию против молдавских школ в регионе и позволить им продолжать преподавание без каких-либо ограничений». Если же этого не случится, Евросоюз пригрозил рассмотреть «возможные адекватные меры в отношении тех представителей администрации Приднестровья, которые несут ответственность за репрессивные меры в отношении молдавских школ».

Госсекретарь США Колин Пауэлл в конце июля прислал молдавским властям письмо, в котором выразил озабоченность по поводу действий тираспольской администрации, призвал стороны поскорее вернуться за стол переговоров и пообещал, что Вашингтон продолжит «поиск приемлемых решений приднестровского конфликта, считая, что Молдова должна стать жизнеспособным демократическим государством для всех граждан». Если же власти Приднестровья не подчинятся призывам международного сообщества, ОБСЕ, ЕС и других организаций, они рискуют оказаться в международной изоляции. В своем письме Пауэлл не преминул вновь напомнить и про стамбульские соглашения по выводу российских войск и вооружения из приднестровского региона, в очередной раз призвав Россию к их выполнению (в действительности эти договоренности являются политическими, а не правовыми, и не устанавливают конкретных сроков вывода войск).

А на днях посол США в ОБСЕ Стивен Майникес пошел еще дальше, потребовав от Приднестровья немедленно открыть школы, восстановить свободное перемещение лиц и товаров и стабилизировать ситуацию в Зоне безопасности. Иначе США готовы применить против ПМР экономические санкции, чтобы «убедить тираспольские власти в необходимости сотрудничать». Ответственность за рост напряженности в регионе Майникес однозначно возлагает на Тирасполь.

И Вашингтон, и Кишинев призвали Москву воспользоваться своим влиянием на лидеров Приднестровья «в целях прекращения нынешних провокаций, обеспечения соблюдения прав молдаван, живущих в Приднестровье, и возвращения к процессу политического урегулирования проблемы в конструктивном порядке».

 

ЧП вместо выборов. И новые «гаранты»...

 

В чем же причина нынешнего резкого обострения ситуации вокруг Приднестровья? Есть несколько вариантов ответа на этот вопрос...

 

«Официальному Кишиневу просто не с чем идти на предстоящие в будущем году парламентские выборы, — изложил свою версию хорошо информированный тираспольский источник, имеющий непосредственное отношение к переговорному процессу. — План Воронина прост: начинается блокада Приднестровья, мы, разумеется, принимаем полный спектр ответных мер — и в Молдавии вводится чрезвычайное положение, в период действия которого выборы, как известно, не проводятся. Так Воронин, как он считает, выигрывает время, которое намерен использовать, чтобы оседлать растущую в Молдавии националистическую волну и стать более ярым румынским националистом, чем даже председатель Христианско-демократической народной партии Юрие Рошка. Приднестровская проблема — единственное, с чем Воронин может идти на выборы. Он предал надежды пророссийского и левого электората, голосовавшего за него в 2001 году. Всё, что ему остается — «разогреть» приднестровский конфликт, поляризовать молдавское общество и добиться, чтобы люди пошли не на парламентские выборы, а как бы на плебисцит по приднестровской проблеме».

 

Однако в этом кишиневском плане, если он существует, обнаруживается немало изъянов. «Россия не потерпит никакого Воронина-ультранационалиста, поскольку способствовала его избранию совершенно с другими целями, — заметил российский политолог, член совета Ассоциации политических экспертов и консультантов Владимир Горюнов. — Кроме того, сторонники радикальных политических направлений, в том числе румынские националисты, не терпят «перевертышей», поэтому попытки Воронина перетянуть на себя голоса националистического электората обречены на фиаско. Да и левого национализма, как явления, давно уже исторически не существует».

Однако поведение Владимира Воронина, считает политолог, — очередное свидетельство профессиональной непригодности высокопоставленных московских чиновников, в свое время поспособствовавших его избранию президентом Молдавии и преподнесших это как большую победу России. Что касается плебисцита по приднестровской проблеме, то сторонников ее силового решения (а никаких других способов данный вариант развития событий просто не оставляет) в Молдавии не так уж много.

Тираспольский источник, в свою очередь, убежден:

 

«Цель-максимум Кишинева — развал пятистороннего формата переговорного процесса и исключение из него Приднестровья. После этого произойдет «переформатирование», в результате которого «главными гарантами» станут США и Евросоюз, а России и Украине достанется статус «младших партнеров», необходимых для того, чтобы их руками заставить Тирасполь принять новые правила игры. При этом влияние Киева, имеющего в Приднестровье собственный интерес, будет уравновешиваться Румынией, умело козыряющей «румынским вопросом» на Буковине, проблемой острова Змеиный и т.д.».

 

Однако многие российские наблюдатели уверены, что мировое сообщество однозначно не готово к радикальной ломке переговорного формата по приднестровской проблеме — Запад не видит Молдавию стороной, ради которой стоит предпринимать столь решительные шаги.

...Тем временем Молдова, впервые после обретения независимости, провела полномасштабные военные учения всех родов войск с боевыми стрельбами на полигоне в Бульбоках. Кстати, Бендеры и Тирасполь попадают в зону обстрела дальнобойной артиллерии с территории этого полигона. Приднестровье готовит ответные меры, вслед за Ворониным называя их всего лишь «требованиями по безусловному выполнению норм законов ПМР на территории ПМР». В боевую готовность приводятся части и подразделения Министерства обороны и МВД Приднестровья, усиливается охрана границы республики. В ночь со 2 на 3 августа приднестровской стороной было полностью заблокировано железнодорожное сообщение на Кишиневском направлении — в районе города Бендеры пути перекрыли бетонными блоками.

Спираль конфликта продолжает разворачиваться...

 

Росбалт, 3.08.2004



[1] Печатается с незначительными редакционными изменениями (прим ред ЗЛ).

[2] В. Балала был народным депутатом РСФСР в 1990-1993 годах и принадлежал к фракции «Смена-Новая политика» (прим ред ЗЛ).


Реклама:
-